Мы уже публиковали интервью с создателями криптобирж о сложностях, с которыми им приходится сталкиваться в работе. Сегодня мы узнаем про опыт создания целой криптозоны.

Идея подобной зоны заключается в том, что некое государство позволяет основать на своей территории СЭЗ, в рамках которой создаются законодательство и инфраструктура специально под криптобизнес. То есть вся деятельность блокчейн-компаний, включая ICO и операции в криптовалюте, проходит не в полу-подполье, а в легальных условиях с огромными налоговыми льготами.

О тонкостях общения с министрами, послами и главами центробанков рассказывает Евгений Мухин, CEO и сооснователь стартапа FreeZone. За последние месяцы руководители проекта общались с официальными представителями Мальты, Грузии, Армении, Доминиканской Республики и Сальвадора, а также провели переговоры по Skype с представителями Черногории.

Какие государственные органы принимают решения о создании подобной зоны? С кем именно проходят переговоры?

— В первую очередь мы начали выходить на посольства, но потом поняли, что это слишком долгий путь, и стали связываться с государствами напрямую. Нас интересовали министры финансов, экономики и развития, главы центробанков — люди, которые могут принимать такие решения. Зачем говорить с человеком, который не уполномочен нам помочь? Правда, сейчас мы стали общаться и с представителями государственных инвестиционных агентств, пробуем новый рычаг воздействия, в основном в европейских странах.

Как команда выходила на этих людей? Как вообще можно взять и позвонить какому-нибудь министру?

— Элементарно, начинали с общедоступных контактов на сайтах посольств и министерств. Звонили, просили соединить с нужным нам человеком. Если так легко связь не налаживалась, шли по стандартным каналам, присылали презентации, рассказывали о том, почему тому или иному министру будет интересно с нами поговорить. Дальше, конечно, важен человеческий фактор, и с нашей, и с той стороны.

По какому принципу отбирались потенциальные страны-партнеры?

— Ключевыми факторами в выборе будущего дома новой крипто-экономической зоны, а, соответственно, и стран для переговоров, стали такие критерии, как благосклонное отношение к блокчейн-технологиям и криптовалюте на государственном уровне и возможность максимально мягкой регуляции бизнеса. Ну и наличие или законодательная возможность создания СЭЗ в стране, конечно. На основе этих принципов были изначально отобраны 29 стран для дальнейших переговоров.

И кто же оказался самым крипто-ориентированный?

— Пожалуй, самыми крипто-ориентированными оказались Мальта, Грузия, Эстония и Литва. Мы со всеми плодотворно общаемся. Естественно, у нас сформировался более подробный внутренний рейтинг стран по данным критериям, но мы не можем его раскрывать, так как переговоры на государственном уровне — это уже дипломатия, и мы должны вести себя соответственно. Однако, мы проводили наши исследования, используя открытые источники, и при желании любой может проделать ту же работу. Просто пока эти данные никто так же, как и мы, не применил.

А почему проект не сотрудничает с Беларусью, где разработано законодательство по криптовалютам?

— Беларусь оказалась сейчас не так привлекательна в мире для ведения бизнеса, с точки зрения иностранных адвайзеров проекта, невзирая на криптоориентированное законодательство. Но мы все равно потенциально рассматриваем эту страну и для создания зоны, и для других вариантов сотрудничества.

Вы упомянули список из 29 стран, а встреч пока было намного меньше. С чем это связано?

— Дело в том, что помимо упомянутых мной трех основных критериев, важную роль играет политическая воля и готовность к быстрым изменениям по ту сторону стола переговоров. Можно выбрать идеально подходящую страну, но дело так и не сдвинется с мертвой точки из-за чиновников-посредников, которые боятся брать на себя ответственность и принимать важные решения. А бывает и наоборот — одного решения премьер-министра достаточно, чтобы быстро начать реализовывать проект.

То есть к идее в государственных органах относятся неоднозначно?

— В некотором смысле можно и так сказать: представители Центробанков настроены чаще скептически, а вот послы и Министры Развития, Экономики, Инноваций и так далее обычно воспринимают проект даже с некоторым энтузиазмом. Хотя бывают и исключения. Например, Центробанк Грузии прислал письмо о том, что возражений не имеет — мол, делайте свою криптозону, мы мешать не будем.

А что вызывает этот энтузиазм у государственных представителей?

— В первую очередь, их манит перспектива сделать свою страну центром блокчейн-бизнеса в мире. Причем при грамотно слаженной работе проекта с локальными законодателями это не утопия, а реальный прогноз. Ну а деловая активность таких масштабов всегда дает и экономический прирост, и естественное развитие инфраструктуры, и рабочие места. В конечном итоге подобная зона полезна всем участникам процесса, от оффшорных крипто-инвесторов до местных жителей.

Сейчас команда FreeZone расширяет базу для переговоров и выходит на представителей нескольких Балтийских и Восточноевропейских стран.