2 августа президент России Владимир Путин подписал закон о краудфандинге, который вступит в силу 1 января 2020 года. Этот документ включен в пакет законов о «цифровой экономике», которые, в частности, должны стать инструментом регулирования финтех-индустрии и криптовалют в России. Хотя для крипто-индустрии основным считается закон о цифровых финансовых активах, который еще рассматривается, в новом законе о краудфандинге есть нормы, позволяющие продавать некоторые виды токенов. Впрочем, пока не решен вопрос с их дальнейшим оборотом, например, с торговыми операциями через другие платформы. Некоторые подробности закона о краудфандинге, о которых нужно знать краудфандинговым платформам, эмитентам токенов и инвесторам в проекты, специально для DeCenter разъяснила юрист-эксперт в области IT, советник Health Graphix Мария Андрианова.

В России краудфандинг приживается медленно. Из-за своей незначительной популярности он бы не вызвал интерес властей, если бы не история с «бумом ICO» и прочими активностями, связанными с получением инвестиций в обмен на токены проекта.

Теоретически токены решили одну из проблем краудфандинга. Раньше инвестиции через краудфандинговую платформу в большинстве случаев не давали инвестору ничего, кроме «красивого спасибо», в том числе никаких гарантий возврата инвестированных средств (если не говорить о благотворительности, но это отдельная категория). Соответственно, мотивация инвестировать не всегда была достаточной для реальных действий. Теперь же инвестор начал получать некий цифровой объект с определенным функционалом, набором прав, а также с надеждой на рост стоимости такого объекта. В результате сотни проектов (в том числе недостойных) получили огромные инвестиции.

На мой взгляд, закон о краудфандинге приняли прежде всего для того, чтобы контролировать и регулировать привлечение инвестиций взамен на токены по схеме краудфандинга — иными словам, основную массу ICO.

Занятно то, что проект закона о краудфандинге пролежал «на полке» в течение более чем года с момента принятия в первом чтении, пока рынок криптовалют не пошел вверх. А после документ оперативно прошел два чтения с интервалом в один день. Этот факт, по моему мнению, является косвенным доказательством того, что целью закона о краудфандинге все же является контроль деятельности, связанной с криптовалютами и токенами. Кроме того, законом предусмотрена категория «цифровые утилитарные права», под которой, видимо, подразумеваются utility-токены (токены, предоставляющие их обладателю набор определенных прав, как правило, связанных с бизнесом эмитента и не обладающих признаками «инвестиционного контракта»).

Правовая неопределенность

Нужен ли был отдельный закон для регулирования краудфандинга? На мой взгляд, да. Мне довелось поработать с несколькими проектами-операторами краудфандинговых платформ. Неоднократно мы сталкивались с вопросом о правовой сущности проекта и о том, какие нормы в отсутствие отдельного закона следует к таким проектам применять.

С одной стороны, в России уже была нормативная база, чтобы обеспечить легальную работу краудфандингового проекта. С другой, не стоит забывать о том, что чиновники далеко не всегда готовы идти навстречу оператору краудфандинговой площадки и соглашаться на применение норм по аналогии в пользу такой площадки, особенно в случае жалоб от инвесторов.

При разработке схем краудфандинга и любых иных схем совместного инвестирования нужно всегда держать в голове ст. 172.2 УК РФ, в соответствии с которой караются финансовые пирамиды, выплачивающие доход новым инвесторам за счет вкладов предыдущих. Санкции применяются, если привлеченные деньги не расходуются в необходимом объеме непосредственно на объект инвестирования.

Если рассматривать тот же краудлендинг (массовое привлечение заемных средств для выдачи займов), то при желании вполне возможно притянуть к этому занятию ФЗ 395-1. Да, выдача займов не запрещена, поскольку не относится к банковской деятельности — до тех пор, пока речь идет о собственных средствах. Если используются чужие средства, то это уже банковская операция, соответственно, систематическая выдача займов возможна только на основании банковской лицензии.

Санкции за ведение незаконной банковской деятельности предусмотрены ст. 172 УК РФ. Помимо этого, возникает риск признания микрофинансовой организацией в соответствии с ФЗ 151, если размер займов не превышает 500 000 рублей.

Некоторые юристы высказывают мнение о том, что токены обладают признаками инвестиционного пая. Но далеко не каждый проект может организовать свою деятельность в качестве паевого инвестиционного фонда. Создавать его и обеспечивать легальную инфраструктуру дорого и долго, не говоря о получении лицензии. Поэтому в случае приравнивания судом проекта к паевому инвестиционному фонду такому проекту придется нести ответственность за ведение деятельности без лицензии.

Некоторые краудфандинговые проекты в своей деятельности используют лексику Закона «О рынке ценных бумаг». И, опять же, рискуют подпасть под его требования при применении их по аналогии.

Закон о краудфандинге выполняет очень важную функцию — исключает применение вышеуказанных норм, невыгодных и опасных для стартапа, а также устанавливает правила игры, при соблюдении которых можно минимизировать риски привлечения к ответственности.

Зарубежный опыт

В развитых странах существует практика разработки специальных норм, посвященных явлению краудфандинга.

Например, в Великобритании в декабре 2019 года вступят в силу положения, дополняющие и детализирующие существующие нормы, регулирующие деятельность краудфандинговых P2P-платформ.

В США сферу краудфандинга регулирует также отдельный свод правил и действует JOBS Act от 2012 года, который ограничивает максимальную сумму инвестиций и количество инвесторов для одного проекта.

Во многих странах Европейского союза также достаточно давно (с 2015 года) действуют отдельные своды норм, посвященных краудфандингу. Например, в Германии или Австрии.

Новая классификация инвесторов и способы их защиты

Другая цель закона о краудфандинге — защитить неквалифицированного инвестора от потери денежных средств.

Закон о краудфандинге делит инвесторов на квалифицированных и неквалифицированных. Сумма инвестиций от одного неквалифицированного инвестора (физического лица) ограничена 600 000 рублей в течение одного года. Отслеживание достижения лимита и статуса инвестора ложится на плечи оператора краудфандинговой платформы.

На мой взгляд, это ограничение суммы инвестиций сильно по рынку микроинвестиций не бьет, особенно учитывая общие тенденции к падению реальных доходов и покупательной способности населения. Интересно другое — каким образом будет сочетаться положение о статусе инвесторов в законе о краудфандинге с грядущими изменениями законодательства о ценных бумагах.

Уже достаточно давно идет речь о том, чтобы разделить всех инвесторов на четыре группы:

 Неквалифицированный, особо защищаемый. Все, кто не включен в другие категории;

 Простой. Физлица, сумма средств которых или стоимость ценных бумаг составляет 400 000 рублей и больше;

 Простой квалифицированный. Инвесторы с активами от 10 млн рублей, или имеющие опыт работы на финансовых рынках;

 Профессиональный. Лица, имеющие специальный международный сертификат, большой опыт работы на рынках ценных бумаг или активы не менее 50 млн рублей.

Важно понимать, что особо защищаемые неквалифицированные инвесторы не будут допущены к использованию львиной доли инструментов инвестирования. Мне кажется, что риски для рынка микроинвестиций есть именно в этих изменениях в Законе о рынке ценных бумаг, а не в ограничениях, предусмотренных в законе о краудфандинге.

Если говорить о крупных инвесторах, то на моей практике крупные сделки по приобретению токенов всегда структурировались и совершались «вручную» и на особых условиях: с увеличенными скидками, большим количеством дополнительных документов, с особыми условиями о корпоративном контроле, переходе акций/доли, выходе из проекта и так далее, особыми манипуляциями, связанными с «холодными» кошельками. Перемещение крупных активов очевидно требует повышенного внимания.

Вероятно, есть инвесторы, которые готовы провести через малоизвестную платформу пару миллионов долларов в криптовалюте и купить токены малоизвестного проекта без соблюдения дополнительных мер безопасности, но я с такими ситуациями пока не сталкивалась.

В любом случае, закон о краудфандинге не запрещает участие крупного инвестора. После прохождения через оператора инвестиционной платформы верификации в качестве квалифицированного инвестора крупный инвестор не будет ограничен по сумме инвестиций в понравившиеся ему проекты.

Какие токены можно будет продавать в России легально

Закон о краудфандинге содержит достаточную базу для проведения ICO или других способов привлечения инвестирования в обмен на токены проекта.

Например, есть понятие утилитарных цифровых прав, их виды, ограничения по наполнению, требования к описательной части, правила учета и раскрытия информации. Статья 9 закона предполагает возможность выпуска цифровых свидетельств, удостоверяющих принадлежность свидетельства владельцу утилитарного цифрового права. Скорее всего, потребуется внедрение института специализированных депозитариев, обслуживающих оборот цифровых свидетельств.

Впрочем, есть и неприятное ограничение — распоряжение утилитарными цифровыми правами будет осуществляться только через инвестиционную платформу, оператор которой должен быть включен в реестр Банка России. В перспективе это создаст серьезные ограничения для проектов, планирующих не только выпуск токенов через платформу, но и листинг на зарубежных биржах.

Ограничение на оборот токенов, как мне кажется, неизбежно повлечет снижение интереса к ним, если не будет предложена какая-то качественно новая, связанная с ними денежная модель. К примеру, на основе закона о краудфандинге можно будет проводить некие адаптированные варианты легального выпуска токенов.

К криптовалютам и к дальнейшему обороту токенов закон о краудфандинге практически не относится. Их будет регулировать закон о цифровых активах (ЦФА), но он еще не принят. В нем будет прописана деятельность крипто-обменников, выпуск security-токенов (если их вообще разрешат), особенности обращения.

На мой взгляд, существующий законопроект о ЦФА нужно доработать, так как в нем содержатся противоречия и неоправданные ограничения, а должного уровня «разрешительной» детализации, наоборот, не хватает.

Разрешительные нормы сейчас в России вообще не в тренде, судя по принимаемым законам — например, последним поправкам в законы «О национальной платежной системе» и о Банке России, согласно которым ужесточился контроль за работой иностранных платежных сервисов. В частности, они теперь обязаны регистрироваться в специальном реестре.

Помимо этого, на рассмотрении в Госдуме находится проект закона «О совершении сделок с использованием электронной платформы», который будет регулировать так называемые «маркетплейсы» — электронные платформы, созданные для предоставления брокерских, страховых и финансовых услуг со множеством организаций в рамках одной платформы. Оператором маркетплейса сможет стать юридическое лицо с минимальным оборотом в 100 млн рублей. Документ уже принят в первом чтении.

Цена легального ICO

Краудфандинговым платформам придется потратить значительные ресурсы, чтобы соблюсти все пункты внушительного списка требований нового закона. Перечислю лишь некоторые из них:

 Наличие собственного капитала в размере минимум 5 млн рублей;

 Регистрация в реестре Банка России и предоставление финансовой отчетности;

 Разработка правил о применении электронной подписи;

 Обеспечение обязательного возврата инвестиций инвесторам, если необходимая сумма предложения не была собрана;

 Наличие в рекламе необходимых уведомлений о повышенных рисках, включая полную потерю денежных средств.

Требований много, и выполнять их нелегко и затратно, а переходный период достаточно короткий, так как закон вступает в силу уже 1 января следующего года.

Кстати, я знаю как минимум одну площадку, которая предпринимает усилия по изменению своей бизнес-модели под требования нового документа, хотя и не буду называть, какая. Ее основатели обрадовались появлению закона о краудфандинге, несмотря на все связанные трудности, так как вместо замешательства появилась определенность.